September 3rd, 2006

nose

Удивленное

А Моцартъ-то, оказывается, по большей части совершенно бездушенъ. То есть – красиво, спору нѣтъ. Красиво, какъ ни у кого и никогда. Но онъ всегда снаружи своей музыки, и тому, что въ ней, демонстративно непричастенъ. Причемъ это не Бахъ съ его надмiрностью, а какой-то Übermensch. Гулливеръ, забавляющiй лилипутовъ.
Исключенія рѣдки. "Реквіемъ"… ну еще, м.б., "Донъ-Жуанъ".